суббота, 12 марта 2011 г.

КОЕ-ЧТО О КРОНШТАДТЕ

Павел Люзаков

В 1921 году большевики впервые столкнулись с очень неприятным для них явлением – против них начались народные восстания. Против засилья коммунистов теперь выступали не белогвардейцы, не контра недобитая, а рабочие и крестьяне. В феврале 1921 года в Петрограде начались массовые забастовки и волнения рабочих, поддержанные в Москве, Туле, Иваново-Вознесенске. Большевики ответили арестами рабочих активистов и введением военного положения.

Бастовали Балтийский и Трубочный заводы, «Арсенал», Обуховский, завод Розенкранца и десяток более мелких предприятий. Одни из главных требований стихийных митингов, - упразднение заградотрядов, отбирающих продукты у возвращавшихся из сел рабочих и разрешение свободной торговли. Появлялись и политические требования: так например фабричные рабочие Иваново-Вознесенска требовали созыва Учредительного собрания, разогнанного большевиками. Рабочие Питера приступили к возрождению внепартийного Собрания уполномоченных от фабрик и заводов. В Саратове рабочие практически взяли под свой контроль всю местную советскую власть, причём ревизии подверглись не только продовольственные склады, но и местная ЧК вместе с тюрьмой.

Большевики всё больше теряли контроль и монополию на власть. Так тульские оружейники, не желая терпеть откровенные подтасовки на выборах со стороны коммунистов, сорвали выборы в Горсовет. В Екатеринодаре коммунисты вообще отменили выборы, Петросовет сам себе продлил полномочия, испугавшись воли народа. Большевики были отстранены от управления в   ряде Всероссийских и губернских союзов:  железнодорожников, инженеров, маркшейдеров, медиков, печатников, связистов, совслужащих, табачников, химиков, в секциях пекарей, паровозников, врачей, учителей. Стачки начались в во многих городах и на железной дороге. Бастующие рабочие и манифестанты избивали штрейкбрехеров, проникали на соседние предприятия, увлекая их на забастовку. Солдаты всё больше склонялись на сторону возмущённого народа, большевикам приходилось их изолировать, запирать в казармах, разоружать и даже разувать! В Саратове ремесленники обратились к партизанам с призывом объединиться для борьбы с общим врагом – коммунистами. Волжские речники также в массовом порядке примыкали к крестьянским отрядам. В Донбассе, в районе Юзовки-Мушкетово началось восстание шахтеров. Против большевиков повсеместно выступил именно рабочий народ. Это было повторение 1905 года, только теперь восставали не против царских сатрапов, а против красных комиссаров.

Комиссары отвечали террором. В Петрограде за 4 дня с 23 по 26 февраля было арестовано около ЧЕТЫРЁХСОТ рабочих. Трамвайные парки после арестов никак не могли наладить нормальную работу, в них саботаж продолжался уже по вине власти и ЧК. В Саратове арестовали более ТРЁХСОТ ПЯТИДЕСЯТИ человек, в Пензе – более ПЯТИДЕСЯТИ рабочих активистов, в Екатеринославе в начале марта было арестовано ДВЕСТИ ПЯТЬДЕСЯТ человек. Не обошлось и без расстрелов. В Москве расстреляли манифестацию на Красной Пресне. В Саратове состряпали дело о «меньшевистско-эсеровском восстании», подготовленном якобы Парижской биржей, казнив 28 человек официально (но бессудно) и многих втихую. Отправили на тот свет несколько сотен кронштадтских мастеровых и портовых рабочих. Жестокими были расправы также в Гомеле, Донбассе, Нижнем Новгороде, Одессе. (Газета «Марксист», 13.03.2011, Марксистская группа Рабочее Действие – МГРД).
  
Власти принимали меры к тому, чтобы волна недовольства не охватила и Кронштадт. В крепости была создана разветвленная осведомительная служба. К концу февраля общее число осведомителей дошло до 176 человек. В регистратуре осведомительной части было зарегистрировано 2554 человека, большинство из которых подозревались в контрреволюционной деятельности.

Рабочие оборонных предприятий Трубочного и Балтийского судостроительного заводов при поддержке работниц табачной фабрики Леферма в количестве 2,5 – 3 тыс. человек вышли на улицы Васильевского острова. Несколько сотен демонстрантов, среди которых уже были матросы и солдаты, направились к  гауптвахте Петроградской морской базы. Демонстранты  разоружили охрану казарм и освободили часть арестованных, среди которых были рабочие активисты. В ответ на это большевистские власти отправили на Васильевский остров  курсантов, которые разогнали демонстрацию. На следующий день решением Исполкома Петросовета в городе было введено военное положение.
О питерских событиях узнали матросы Кронштадта, в большинстве своём бывшие крестьяне. Продразверстка, голод, заградотряды – всё это было им хорошо знакомо.  Экипажи линкоров «Севастополь» и «Петропавловск» послали в Петроград делегацию для ознакомления с положением на местах, причинами недовольства рабочих,  а также моряков линкоров "Гангут" и "Полтава", стоящих на Неве.

1 марта на Якорной площади состоялся митинг, в котором приняло участие около ШЕСТНАДЦАТИ тысяч человек. На митинге выступали председатель ВЦИК  Калинин, председатель Кронштадтского Совета Васильев, комиссар Балтфлота Н. Кузьмин. Они пытались убедить собравшихся отказаться от политических требований,  но были посланы  по соответствующему адресу.  Был провозглашен знаменитый лозунг «Вся власть Советам, а не партиям!», выдвинуты требования свободных выборов путём тайного голосования, свободы слова, собраний, митингов, торговли и кустарного производства.
Резолюция требовала также свободы слова для левых эсеров и анархистов, восстановления других гражданских свобод, освобождения политзаключенных — социалистов и пересмотр дел других, ликвидации привилегий коммунистов, структур большевистской экономической диктатуры. И главное экономическое требование: «дать полное право действия крестьянам над всею землею так, как им желательно, а также иметь скот, который содержаться должен и управляться своими силами, т.е. не пользуясь наемным трудом».

2 марта в Доме просвещения в Кронштадте (бывшее Инженерное училище) собрались представители, выбранные на делегатское собрание. Его открыл С.М.Петриченко, писарь с линкора "Петропавловск".  По предложению Петриченко собранием был избран временный революционный комитет из 5 человек: Петриченко, Яковенко, Ососова, Тукина и Орешина. Ревкому была вручена вся полнота власти в Кронштадте.  Главным на собрании стал вопрос о перевыборах Кронштадтского Совета, тем более что полномочия прежнего его состава уже заканчивались. Первым выступил Кузьмин. Возмущение вызвали его слова, что коммунисты добровольно от власти не откажутся, а попытки разоружить их приведут к тому, что "будет кровь". Его поддержал выступивший затем Васильев.

К вечеру 2 марта к Ревкому присоединилось большинство фортов и все красноармейские части крепости. Все учреждения службы связи были заняты караулами Ревкома. «За время мятежа в Ревком и редакцию поступило от 800 до 900 заявлений о выходе из РКП. – Писал впоследствии чекист Агранов. –«Огромное большинство этих заявлений исходит от членов и кандидатов в члены РКП 1919–1920 г.г. Встречаются и заявления членов партии 1918 и даже 1917 г. Это повальное бегство из партии, сопровождавшееся резкими и циничными оскорблениями и угрозами по адресу РКП и ее вождей, еще более укрепило в стихийной массе уверенность в неминуемом крушении коммунистического режима».

Кронштадтская газета «Известия ВРК» (Временного революционного комитета, созданного 2-го марта) писала в те дни: «Власть полицейского монархизма перешла в руки коммунистических проныр, принесших трудящимся вместо свободы постоянный страх перед камерой пыток ЧК, зверства которой намного превзошли зверства жандармского управления царского режима. После многих боев и жертв трудящиеся Советской России получили лишь удары штыков, пули и грубые окрики чекистских опричников». Кронштадтцы призывали свергнуть «диктатуру коммунистической партии с ее ЧК и государственным капитализмом».

«Труженик, разве для того ты свергнул царизм и сбросил керенщину, чтобы посадить себе на шею опричников Малют Скуратовых с фельдмаршалом Троцким во главе?» - это из воззвания ВРК от 13-го марта.

А вот выдержка  из частного письма, датированного 1 марта 1921 г., - днем начала Кронштадтского восстания. «Новости у нас в Кронштадте и Петрограде каждый день бунты, потому что городским жителям дают по полфунта хлеба в сутки на душу и им не хватает, а за деньги купить нельзя, а милиция разгоняет, чтобы не было вольной торговли; так городские жители убили 4-х милиционеров, а теперь идут такие бунты, что и небу жарко, не знаю, что будет дальше. Матросы бунтуют. Хотят, чтобы была вольная торговля и так что весной начнутся бои против коммунистов, потому что здесь все матросы и красноармейцы не хотят коммуны и кричат «долой коммуну и дайте нам вольную жизнь».

В Кронштадтском восстании участвовало до ДВАДЦАТИ СЕМИ тысяч человек. Был избран Военно-революционный комитет (ВРК, председатель С.М. Петриченко), большинство членов которого были беспартийными. Однако активное участие в восстании принимали представители левых социалистических партий, меньшевики и анархисты. Повстанцы рассчитывали также на наступление и помощь крестьянских армий Махно и Антонова.

Большевистское руководство Петрограда предприняло меры к изоляции восставших. Были проведены аресты активистов социалистических партий в Петрограде, разоружены воинские части, солдаты которых высказывали сочувствие кронштадтцам.

8 марта было предпринято первое наступление на Кронштадт 7-й армии - около 18 тысяч человек под командованием М. Н. Тухачевского, который просил у Троцкого разрешения на применение химического оружия против восставших матросов. Большевики торопились: весна и таянье льдов могли превратить Кронштадт в неприступную крепость.

С 12-го марта большевики начали авиабомбардировки Кронштадта, продолжавшиеся вплоть до начала уличных боев (17-ое марта). Большевистская авиация в количестве 56 аэропланов сделала 137 вылетов, налетав 160 часов и сбросив свыше двух с половиной тонн бомб.  

ПРИКАЗ КОМАНДОВАНИЯ 7-й АРМИИ СЕВЕРНОЙ И ЮЖНОЙ ГРУППАМ О ШТУРМЕ КРОНШТАДТА
Лит. Б, НР 589/0558 БСЛ 17/3. Серия Г.

Командарм Севгруппы командюжгруппы Главкому — только Главкому — Петр[оград] 17 марта 1921 г. 4 [ч.] 50 м. Приказываю решительно развить первоначальный успех штурма, для чего: первое, командсевгруппы временно ограничиться пассивным действием против Тотлебен и Кр[асноармей]ский, а главный удар нанести по Северо-Западной части города Кронштадта содействуя Южгруппе. Второе. Командюжгруппе сегодня же окончательно завладеть гор[одом] и ввести в нем железный порядок. По занятии гор[ода] стремительным ударом овладеть остальной частью острова Котлина и бат[ареей] Риф. Третье. При содействии в гор[оде] широко применять артиллерию в уличном бою. Четвертое. Инспектарму артиллерии не позже завтрашнего дня атаковать линкоры "Петропавловск" и "Севастополь" удушливыми газами и ядовитыми снарядами…
Командарм семь Тухачевский (РГВА, ф. 190, оп. 3, д. 513, л. 75)
  
Большевики использовали как всегда заградотряды – в спину наступающим на восставших смотрели пулемёты, так как даже своим карателям советская власть не доверяла:

«ДОНЕСЕНИЕ НАЧАЛЬНИКА ЗАГРАДОТРЯДОВ ЮЖНОЙ ГРУППЫ КИШКИНА НАЧАЛЬНИКУ ТЫЛА ЮЖГРУППЫ ХАТОВУ
3 час, 20 мин. 17/III-1921 г.
Доношу. Лично объехал участки 3 заградотряда. Море чисто от кого бы то ни было в том районе. На 35 минут снял отряд и загородил дорогу на Ораниенбаум от Дубков, т. к. проходили колонны Минского и Невельского полков, отставание полков, отставших от передовых частей, убедившись, что колонны идут в казармы, выставил цепь в 50 человек для преграждения дороги на случай, если бы показались дезертиры массой, что пока не передвинуться. К вечеру восстанавливаю цепь полностью, но в резерв введу 200 человек, которые ко мне прибывают.
По восстановлении цепи пошлю горячую пищу первому заградотряду, который снимать не прибыл.
Начзаградотр[ядов] Кишкин»
  
ДОНЕСЕНИЕ НАЧАЛЬНИКА 2-го ЗАГРАДОТРЯДА АБАКУМОВА НАЧАЛЬНИКУ ЗАГРАДОТРЯДОВ ЮЖНОЙ ГРУППЫ КИШКИНУ
17 марта 1921 г. 10 час. 20 мин. Мартышкино.
Доношу, что введенный мне отряд растянут далеко за фланги данного мне участка. Дано 3 1/4 версты, а цепь растянулась на 5 верст.
Количество одиночных дезертиров и по группам увеличивается. Дезертиры, видя цепь отряда, а также будучи этой цепью обогнаны, направляются далеко вправо: на Петроград и правее. Прошу срочно усилить мой правый фланг. С 3-м заградительным отрядом связь не установлена, несмотря на то, что цепь вверенного мне отряда на 1 версту заходит за левый фланг данного мне участка.
Начальник 2-го отряда Авакумов
Политком Кабаненко
  
16 марта численность 7-й армии была увеличена до 45 тыс. 17 марта красные перешли по льду Финский залив и утром следующего дня ворвалась в Кронштадт. После ожесточенных боев восстание было подавлено. В городе был развернут красный террор. Свыше 1 тысячи было убито, свыше 2 тысяч ранено. Около 8 тысяч участников восстания (в том числе Петриченко) ушли по льду в Финляндию. Само пребывание в крепости во время восстания считалось преступлением. Все матросы и красноармейцы прошли через военный трибунал. На каждого составлялся протокол допроса. Обязательным был вопрос об участии в восстании. Специальная запись в протоколе фиксировала, где арестован подследственный. Почти отсутствуют в протоколах отметки, что кто-то из них захвачен с оружием в руках. Пленных среди осужденных не было, так как их расстреливали на месте. Под страхом наказания запрещалось даже оказывать помощь раненым матросам, которые после штурма оставались на балтийском льду и улицах Кронштадта.

Прошло несколько десятков открытых судебных процессов. Особенно жестоко расправлялись с моряками линкоров "Севастополь" и "Петропавловск". 20 марта слушалось дело по обвинению 13 человек с линкора "Севастополь" в мятеже и вооруженном восстании. Всех обвиняемых приговорили к расстрелу. Один из самых крупных открытых процессов над моряками восставших линкоров состоялся 1–2 апреля. Перед ревтрибуналом предстали 64 человека. 23 из них приговорили к расстрелу, остальных — к пятнадцати и двадцати годам тюрьмы. 20 марта на заседании чрезвычайной тройки слушалось дело по обвинению 167 моряков линкора "Петропавловск". Всех приговорили к расстрелу. На следующий день по постановлению чрезвычайной тройки было расстреляно 32 моряка с "Петропавловска" и 39 — с "Севастополя", а 24 марта по постановлению тройки расстреляли еще 27 моряков.
  
Из ДОКЛАДА АГРАНОВА В ПРЕЗИДИУМ ВЧК О РЕЗУЛЬТАТАХ РАССЛЕДОВАНИЯ ПО ДЕЛУ МЯТЕЖА В КРОНШТАДТЕ:
«Общий ход восстания рисуется в следующем виде: когда вести о вспыхнувших в Петрограде забастовках дошли до Кронштадта, матросская масса пришла в брожение. Это проявилось в быстром падении дисциплины, в открытых разговорах в среде матросов, в которых делались резкие нападки на коммунистический режим и выражалось сочувствие бастующим рабочим…
…Если движение вначале возникло стихийным путем и представляло собой неорганизованное восстание матросской и рабочей массы, то с организацией Ревкома и главным образом благодаря сосредоточению оперативной работы в штабе крепости восстание приняло планомерный характер и руководилось опытной рукой старого генералитета. Следствием, однако, не установлено, чтобы возникновению мятежа предшествовала работа какой-либо контр-революционной организации среди комсостава крепости или работа шпионов Антанты. Весь ход движения говорит против такой возможности».
…16 марта в Ревкоме обсуждался вопрос о расстреле виднейших коммунистов. Предложение об этом было внесено в Ревком комендантом следственной тюрьмы анархистом Шустовым. Ревком отклонил его предложение, предоставив ему, однако, право расстрела коммунистов при попытке к побегу или покушению на него — Шустова. За расстрел коммунистов высказались только Петриченко и Тукин…
…Я не коснусь здесь непосредственных перипетий боевых действий напавшей Красной Армии против восставшего Кронштадта. Задачей моего расследования было выяснение роли отдельных партий и групп в возникновении и развитии восстания и связи организаторов и вдохновителей этого восстания с контр-революционными партиями и организациями, действующими на территории Советской России и за рубежом. Но установить подобные связи не удалось. Как я уже указал, восстание возникло стихийным путем и вовлекло в свой водоворот почти все население и гарнизон крепости. Кронштадтское восстание вообще является заключительным аккордом данного этапа движения мелкобуржуазной стихии, представляющей собой реакцию против диктатуры пролетариата и коммунистического режима, недовольство крестьянства и отсталых слоев рабочего класса продовольственной политикой Советской Власти и явное стремление к преодолению оков, наложенных последней на свободный оборот мелкого собственника».
ОСОБОУПОЛНОМОЧЕННЫЙ ВЧК Я. АГРАНОВ
г. Москва 5/1У-1921 года
ЦА ФСБ РФ, ф. 114728. Приложение.

ЛЖЕЦ:
РЕЧЬ ТРОЦКОГО НА ПАРАДЕ 3 АПРЕЛЯ 1921 г., УСТРОЕННОМ ПО СЛУЧАЮ ВЗЯТИЯ КРОНШТАДТА
Кронштадтские события, — это звено в той стальной цепи, которую куют против Советской власти империалисты всех стран.
Под лозунгом исправлений Советской власти, Советской власти без коммунистов, хотела буржуазия отечественная и международная склонить рабочих и крестьян против Советской власти.
Парижская и финская биржа сразу правильно учла значение Кронштадта, и ее верный выразитель Милюков повторял: "Не надо запугивать, нельзя против Советов. Нужно лозунгом беспартийных Советов убить Советскую власть".
Часть матросов поддалась на эту удочку. Мы ждали, пока было можно, чтобы ослепленные товарищи матросы воочию увидели, куда их ведет мятеж. Но мы очутились перед опасностью таяния льда и были вынуждены нанести сухой, короткий и честный удар.
Небывалым героизмом, неслыханным в военной истории подвигом, наши курсанты и вдохновленные ими красноармейские части взяли штурмом первоклассную морскую крепость.
Без единого выстрела, по льду двигались, погибали, побеждали и победили верные революции сыны рабоче-крестьянской России. Их не забудут трудящиеся России и всего мира.
Я верю, что никогда никаких пятнышек не падет на это знамя. И в часы трудные, когда мелькнет в душе усталое сомнение, вы вспомните Кронштадт и это знамя и бодро пойдете вперед к победе.
Л. Троцкий, "Как вооружалась революция". Т. 3. 1921–1923 гг. Книга первая. М., 1924, с. 207.

АРХИВ по Кронштадтскому восстанию:

Комментариев нет:

Отправить комментарий